Минул уже месяц с момента официального вступления Дмитрия Медведева на пост Президента России. И хотя это крайне малый срок для суждения о политике, западные и российские СМИ наперебой обсуждают последние высказывания российского лидера, пытаясь выискать в его выступлениях намеки на грядущую либерализацию или изменения внешнеполитического курса. Первые визиты и выступления Медведева показали, что Москва намерена продемонстрировать некий стиль, в котором жесткая позиция по защите национальных интересов сочетается с экономическим прагматизмом. При этом наблюдается как преемственность с политикой Владимира Путина, так и определенная последовательность. Это продемонстрировал, к примеру, визит российского Президента в Германию, который большинство обозревателей расценивают, как удачный. Ведь именно в Берлине Медведев высказал несколько тезисов, которые, по идее, лягут в основу идеологии внешней политики России на ближайшие годы.
Во-первых, это критика «блокового подхода», который, по мнению Медведева, уже устарел. «Убежден, - заявил он - что атлантизм как единственный принцип исторически изжил себя. Теперь речь должна идти о единстве всего евроатлантического пространства от Ванкувера до Владивостока. Сама жизнь подсказывает именно такую формулу взаимодействия».
Во-вторых, предложение о создании юридически обязывающего договора о безопасности Европы по примеру того, как во времена холодной войны был заключен Хельсинкский акт. Как пояснил Медведев, речь шла бы о региональном пакте, который бы опирался на принципы устава ООН и внес бы окончательную ясность в значение фактора силы во взаимоотношениях в Евроатлантическом сообществе.
После первой заявки последовала вторая. На прошедшем в Санкт-Петербурге Международном экономическом форуме Дмитрий Медведев заявил о своей стране как об игроке, способном решать глобальные проблемы. Его выступление было направлено против, как он выразился, экономического национализма или экономического эгоизма отдельных стран. Прежде всего, он раскритиковал Соединенные Штаты за то, что, по его словам, они взяли на себя более серьезную ответственность за мировую экономику, нежели смогли вынести. В результате с кризисом в экономике Соединенных Штатов серьезно пошатнулась и вся мировая экономика.
Сегодняшние проблемы мировой экономики, такие как финансовый кризис, рост цен на природные ресурсы и продовольствие, участившиеся глобальные катастрофы, ясно показывают, что система мировых институтов управления в ее нынешнем виде не соответствует современным вызовам, заявил Президент России. «Наблюдается своего рода вакуум, когда отсутствуют международные институты, ответственные за решения именно конкретных проблем, которые являются сегодня самыми острыми».
По его словам, Россия намерена принять активное участие в формировании новых правил игры в мировой экономике. «Понимая свою ответственность за судьбы мира, мы хотим участвовать в формировании новых правил игры не из-за пресловутых «имперских амбиций», а потому, что обладаем здесь официальными возможностями и ресурсами».
Медведев заявил, что Москва превратится в мировой финансовый центр, а рубль станет ведущей региональной резервной валютой, и соответствующий план действий будет принят уже в ближайшее время. Кстати, претензии России уже начали воплощаться в реальность. Один из крупнейших европейских инвестбанков Saxo Bank на днях объявил о снижении маржинальных требований по торговле российским рублем с 4 до 2 процентов, поставив таким образом рубль на один уровень с пятью ведущими мировыми валютами, в числе которых американский доллар, швейцарский франк, евро, английский фунт стерлингов и японская иена.
Критику Медведевым Соединенных Штатов нельзя не признать справедливой. Однополюсная модель мира, сформировавшаяся в конце 90-х годов прошлого века, стала давать трещину, причем в наиболее чувствительной сфере – экономике. Политически США также начинают постепенно сдавать позиции. Авантюра в Ираке стала пиком американской гегемонии и одновременно началом ее конца.
Беспомощность мирового сообщества и международных институтов, прежде всего ООН в преодолении глобальных проблем – голода, вооруженных конфликтов, экологических проблем и изменением климата, очевидны. США эти проблемы намерены решать, прежде всего, исходя из своих, узко понимаемых интересов. И чем более активно они действуют в определенном направлении, тем более серьезное сопротивление они встречают. Вместе с тем, США впору задуматься над решением внутренних социальных и экономических проблем. B мае американские работодатели сократили 49 тысяч рабочих мест, а уровень безработицы вырос на 5,5%, что стало рекордным скачком за последние двадцать лет.
Как известно, исторические события имеют тенденцию к повторению, но уже на новом витке и на новом качестве. «Холодная война», симптомы которой в отношениях между Россией и Западом, в частности, между Россией и США, требует «разрядки». Отсюда реанимированная и несколько по иному трактуемая идея «Европы от Атлантики до Урала», отсюда – предложение заключить новый Хельсинкский пакт и усилить роль ОБСЕ. Одновременно – яркая претензия на глобальное лидерство, прежде всего, лидерство экономическое. Россия по-прежнему демонстрирует хорошие отношения с ведущими игроками Евросоюза – Францией и Германией. Отношения с Великобританией у нее, правда, несколько напряженные, но это не беда. Главное, что на континенте она имеет прочных союзников, которые, вдобавок ко всему, без особого удовольствия воспринимают активность США в Европе и американскую поддержку «младоевропейцев».
Можно, конечно, спорить, готова или не готова Россия к тому чтобы стать глобальным игроком, тем более, что и внутренних проблем у нашего северного соседа также хватает. Но Россия, в отличие от Украины может не только позволить себе претензии на роль глобального игрока, но и в определенной степени их реализовать.
Не воспринимать же всерьез попытку создания Балтийско-Черноморско-Каспийского энерготранзитного пространства, о чем было заявлено на Международном энергетическом саммите, который прошел в Киеве 23 мая. На саммите отсутствовали представители Румынии и Молдовы, и, что самое важное, России, которая не только является обладателем серьезных запасов энергоресурсов, но и одним из важных их транзитеров, что дает основания говорить, скорее, об очередной политической демонстрации государств, принявших участие в Киевском саммите, нежели об их серьезных намерениях содействовать созданию благоприятных условий для надежных, прозрачных и безопасных поставок и транзита энергоносителей.
Что касается Украины, то новый стиль российского руководства ее не коснулся, что красноречиво подтвердила встреча Ющенко и Медведева. Рост цены на газ и жесткая политика по вопросу о базировании Черноморского флота РФ в Крыму стали своеобразным ответом на внешнеполитические метания украинского руководства, которое до сих пор питает призрачные надежды на то, что «зонтик» НАТО избавит его от необходимости считаться с северным соседом. Во всяком случае, Ющенко отчетливо показали, что надеяться на некоторое смягчение политики России не стоит. Если учитывать хорошие отношения России с европейскими странами-лидерами, то идея о присоединении Украины к ПДЧ выглядит не более чем фантазией.
Украинских политиков, похоже, глобальные проблемы интересуют все меньше, политическая энергия почти полностью тратится на внутренние распри. В итоге горизонт украинских политиков ограничивается в лучшем случае ближайшими годами, вернее даже следующим годом, когда, по идее должны состояться президентские выборы. В этих условиях, стратегическим партнером будет тот, кто сможет помочь, хотя бы на время стабилизировать социально-экономическую ситуацию. Ющенко, судя по всему, рассчитывать уже не на что.